Кривошеин Анатолий Георгиевич

10.02.1920 - 15.06.2001
Меcто рождения:
г. Задонск, Орловская область
Меcто призыва:
г. Москва
Звание, в котором закончил войну:
Командир орудия
Дата призыва:
1941
Воинское формирование, в котором закончил войну:
7-я Бауманская дивизия Московского народного ополчения

Военная биография

В 1921 году отец уехал в Москву устраиваться на зароботки. Он был слесарем высшего разряда, "машинистом", и его приняли в ремонтный цех завода "Серп и молот". В 1924 г. отцу предоставили комнату в доме по Костомаровскому переулку, на берегу реки Яузы. Отец сразу же перевёз и семью. Было это 21 января 1924 года. Он вступил в партию по "ленинскому призыву" в траурные дни смерти вождя. В 1928 г. я поступил, а в 1938 окончил среднюю школу № 422, успешно сдал вступительные экзамены в МВТУ им. Баумана.

В июне 1941 г. я учился на третьем курсе института. В июле, когда уже был окружён Смоленск, нависала реальная угроза над Москвой, МПВКП(б) обратился к москвичам с призывом встать на защиту столицы. У нас, студентов МВТУ, была бронь, так как нас готовили для оборонной индустрии и согласно указанию самого Сталина, начиная с 1938 года, в армию не брали.

Но отец у меня - партиец ленинского призыва, а я - комсомолец, 6 июля отказался от брони и добровольно вступил в народное ополчение, в 7-ю дивизию Бауманского района. Москва, по числу районов, выставила 12 дивизий народного ополчения. В сентябре, после окончания школы младших командиров, меня направили в 21-й полк дивизии командиром орудия.

После ускоренного обучения дивизия сначала пешим маршем, затем по железной дороге, была спешно переброшена на запад и высадилась на станции Вязьма, которую немцы непрерывно бомбили.

В октябре я в составе дивизии принимал участие в жестоких кровопролитных боях за Москву западнее города Вязьма. За шесть дней боёв (со 2 по 8 октября) дивизия понесла большие потери. В дивизии было 12 тысячь человек, после войны совет ветеранов дивизии зарегестрировал около 40 ополченцев бауманцев.

Москвичи заплатили дорогую цену за свою оборону. На месте этих боёв на 242-м километре Минского шоссе сооружён памятный монумент, на котором крупными буквами высечено:

" ЗДЕСЬ В 1941 ГОДУ, ЗАЩИЩАЯ МОСКВУ, СТОЯЛИ НА СМЕРТЬ ОПОЛЧЕНЦЫ-БАУМАНЦЫ ". В боях я участвовал в качестве командира орудия. Калибр орудия - три дюйма, 76,2 мм, в звании Младший сержант.

Ополченцы вооружены были плохо. В октябре войска Западного и Резервного фронтов оказались в окружении западнее Вязьмы (об этом пишет Маршал Рокоссовский в своих мемуарах "Солдатский долг").

Окружённые части потеряли связь с вышестоящими штабами, самостоятельно с огромным трудом пробивались через вражеские заслоны на восток, к своим. Бауманская дивизия оказалась без командира, и в дивизии возникла некоторая растерянность.
Я решил самостоятельно выводить свой расчёт, группу в семь человек к своим. Дней десять - ппятнадцать пробирались лесами на восток.

При переходе железной дороги у села Вербилово Смоленской области нас задержала немецкая охрана, взяла в плен и доставила в лагерь для пленных в городок Всходы Смоленской области. Пленных поместили в громадном свинарнике. Было уже очень холодно. Зима сорок первого была ранняя и холодная. Мы круглые сутки жгли костры, чтобы согреться.

Охрану, часовых выставили только по углам сарая. три-четыре солдата. Рядом проходили местные жители. Я незаметно пристроился к ним, ко мне присоеденился ещё один пленный, и мы пошли вон из городка в лес. В лесу вышли на большую поляну, на которой стояли стога сена и набитый сеном сарай. Устроились около сарая предохнуть. Вдруг на поляну выехали телеги с немецкими солдатами, очевидно, приехавшими за сеном. Нас задержали и возвратили в лагерь.

Через несколько дней, когда нас, пленных, набралось человек двести, всех погрузили на машины и отвезли в город Рославль, где был большой лагерь военнопленных на несколько тысяч человек. Некоторые пленные находились в этом лагере уже по несколько недель и говорили нам: "Из этого лагеря я никуда не уйду, здесь хоть кормят, раз в день дают баланду и хлеб". Пол-литра баланды были из муки грубого помола, а кусок хлеба пополам с опилками.

Я же снова решил бежать и при первом удобном случае втёрся в колонну, которая направлялась на посадку в эшелон для отправки на запад. Везли на открытых товарных платформах. На рассвете я и ещё один красноармеец спрагнули с платформы. Было темновато, охрана нас незаметила и не открыла огонь.

Это произошло уже в Белоруссии, в близи города Добруш. Население Белоруссии по-доброму относилось к нам, беглым пленным. Пускали ночевать в избы, кормили. Женщины, чьи мужья были мобилизованы, говорили: "Может быть, мой сын или муж вот так же сейчас скитаеться по русским сёлам".

Так я зимой прошёл всю Белоруссию и попал на Украину. Из листовок, которые сбрасывались над оккупированной территорией нашими самолётами, я узнал, что наши войска освободили Елец, находившийся в сорока километрах от города Задонска, где я родился. В украинских сёлах уже появились полицаи. Больше одной ночи местные крестьяне не разрешали оставаться в доме, грозились выдать немцам.

В январе 1942 г. я около месяца скрывался в селе Фастовцы Бахмачского района Черниговской области, помогая хозяину молотить хлеб. Так как полицаи начали вылавливать и выдавать немцам наших, попавших в окружение или бежавших из плена, мне пришлось опять скрываться, переходя из одного глухого села в другое.

Май-июнь 1942 года, я скрывался в селе Македоны Ржищевского района Киевской области. Здесь мне удалось связаться со многими товарищами, красноармейцами и командирами, попавшими в окружение на Украине ещё в июле 1941 года. Мы организовали группу и решили идти на встречу нашим войскам, перейдя фронт. Но на берегу Днепра нас захватили староста и вооружённые полицаи и отправили в лагерь военнопленных в город Переяслав Киевской области, а из него перевели в колоссальный лагерь на несколько десятков тысяч пленных в Дарницу, в районе Киева.

В октябре немцы отобрали среди нас молдых и здоровых, очевидно, для оправки в Германию. Погрузили в товарные вагоны. Окна были забиты колючей проволкой. Но когда, нас до этого выводили в город на работы, мне удалось подобрать с земли обломок ножовки по металлу и спрятать у себя в сапоге.

Повезли в германию, и я решил бежать первой же ночью. Когда поезд останавливался, немцы обходили эшелон и проверяли фонорями целостность колючей проволки на окнах. тогда я на ходу поезда обломком ножовки перепелил проволоку, отогнул её, выбрался из окна и перелез на буфера между вагонами.

За мной таким же образом вылезли ещё трое ребят. Вторым за мной был парень, учившийся до войны в 1-й артиллерийской спецшколе в Москве, находившейся около Курского вокзала, помню звали его Василием, это был высокий красивый парень, спортсмен. Двое других были из Подмосковья, кажеться, из Ногинска. В вагоне всего нас ехало человек сто.

Когда поезд замедлил ход, я спрыгнул первым и отбежал от полотна дороги метров на пятьдесят. Вскоре заметил два силуэта - это оказались мои товарищи по побегу. Прыгавший вторым Василий, очевидно, погиб при прыжке. Мы его искали, звали, но ответа, к сожалению, не дождались. Решили уходить прочь от железной дороги и идти не группой а врозь. Так я пошёл по левобережной Украине на юг.

Переправился через Дон, пошёл на восток. Это было время, когда наши гнали немцев от Сталинграда. Здесь я встретился с нашими войскамии сразу же попал в руки смершевцев. Меня направили в фильтрационный лагерь на проверку. Лагерь находился за Волгой, названия города не помню, помню, что начиналось на букву Б.

Началась моя лагерная жизнь. Смершовцы подробно изучали мою историю, проверяли и перепроверяли. Скоро этот лагерь был расформирован, и меня повезли в другой, в городе Славгороде Алтайского края. Там я работал на строительстве химического завода, на монтаже котельной и турбин для электростанции. Мы все числились бывшими военнослужащими.

Вскоре пришли документы, подтверждающие, что за мной никаких преступных действий и предательства не числится, с меня сняли конвой, я мог свободно ходить по территории лагеря. После трёх курсов МВТУ я был без пяти минут инженер. Этот завод, разобранный, эвакуировали с Украины, и по моим эскизам изготавливали механизмы, утерянные при эвакуации.

Начальник лагеря Межеригер предлагал мне остаться в лагере вольнонаёмным, переехать на восстановительные работы на Кавказ, но я постоянно просился на фронт - не хотелось мне возвращаться домой пленным, хотелось доказать, что я не трус и за свою Родину могу биться не хуже других.

В конце концов, я уговорил лагерное начальство, и 11 июня 1944 года был направлен Славгородским РВК в 35-й запасной артиллерийский полк. Затем переведён в учебный арт полк в школу младших командиров, откуда в должности командира орудия был напрвлен на фронт в 27-й артдивизион 47-й тяжёлой миномётной бригады РГК. С этой частью учавствовал в боях в Польше, Германии, закончил войну 8 мая 1945 года на подступах к Праге, в Чехословакии.

Ветеран участвовал в следующих сражениях:

  • Битва за Москву, освобождение Польши, освобождение Чехословакии, взятие Праги, освобождение Германии.

Награды ветерана

Медаль «За боевые заслуги»
Медаль «За оборону Москвы»
Медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»

Биография после войны

После госпиталя 17 июля 1945 года направлен в 333-ю отдельную автотранспортную роту, и куда, на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 25 сентября 1945 г. демобилизован как не окончивший курс обучения в МВТУ им. Баумана.
Я снова был принят в училище на третий курс, в сентябре 1948 г. поступил работать в НИИ Лаборприбор, в 1949 г. успешно окончил училище и, после его окончания сорок лет проработал в НИИ счётных машин, что на Варщавском шоссе.

За работу награждён орденами "Трудового Красного Знамени" и "Знак Почёта", медалями "За доблестный труд". Награждён так же "Золотой медалью ВДНХ" и тремя "Бронзовыми медалями ВДНХ" за разработки в области вычислительной техники. Опубликовал несколько научных трудов. Вот так непросто сложилась моя судьба.

Рекомендованные материалы
Деревня Хатынь
Деревня Хатынь
22 марта 1943 г. фашистскими карателями сожжена деревня Хатынь.
Освобождение Крыма
Освобождение Крыма
8 апреля 1944 года – начало освобождения Крыма Красной армией.
Крымская операция
Крымская операция
8 апреля 1944 года началась Крымская наступательная операция советских войск