Мокрушин Александр Григорьевич

Даты рождения и смерти неизвестны
Меcто рождения:
Алтайский край, Бийский район, село Соколово
Меcто призыва:
Новосибирская область, Тегульдетский район, село Берегаево Из архивов ВОВ: Гвардии сержант Мокрушин Александ Григорьевич "призван в РККА с 06.10.1942 года. Место призыва: Тегульдетский РВК, Новосибирская обл., Тегульдетский р-н".
Звание, в котором закончил войну:
гв. сержант
Дата призыва:
06.10.1942
Воинское формирование, в котором закончил войну:
Танковая дивизия маршала Павла Алексеевича Ротмистрова

Военная биография

Мне было известно из рассказов мамы, что отец воевал в Бронетанковой дивизии генерала (к концу ВОВ — маршала) Ротмистрова на 3-м Белорусском фронте. Трижды горел в танке.. но — Бог миловал, и отец вернулся с войны без серьезных ранений, если не считать основательно подорванного (до конца жизни) желудка.

Скорее всего, после службы танкистом, отец до окончания войны, работал Наводчиком самоходной зенитной батареи, о чем говорят архивные документы, заявленные как подвиги гв. сержанта Мокрушина А.Г. и представленные к наградам. Вот их текст в хронологической последовательности:

"Тов(арищ) Мокрушин, работая наводчиком зенитного орудия, добился точной наводки в стрельбе по самолетам противника.

Так 2-го мая 1944 года в районе дер(евни) Вискани /Румыния/, когда вражеские самолеты "Ю-87" налетели на боевые порядки наших танков и мотопехоты, тов. Мокрушин, отражая налет вражеской авиации, своей меткой стрельбой сбил два самолета "Ю-87".

Тов. Мокрушин, работая наводчиком зенитного орудия, любит и знает свое дело. В боях за нашу Социалистическую родину много раз показывал образцы стойкости, мужества и отваги.

Так 2 июля 1944 г. в р-не местечка Бобр (3-й Белоруский фронт), когда на наши боевые порядки танков и мотопехоту налетела вражеская авиация "МЕ-109" в количестве 8 самолетов, тов. Мокрушин, подпустив их на близкую дистанцию, с первых очередей сбил одного "МЕ-109", а остальные самолеты противника, перестав обстреливать наши танки и мотопехоту, в беспорядке ушли.

В другом бою, 9 июля 1944 г. в р-не дер(евни) Застенки, когда на наши боевые порядки войск налетела вражеская авиация "Фокке-Вульф 190" в кол-ве 18 самолетов противника, тов. Мокрушин, так же подпустив их на близкую дистанцию, сбил одного (из) самолетов "Фокке-Вульф 190", а остальные самолеты противника беспорядочно сбросили бомбы и в беспорядке ушли.

В этот же день, т.е. 9 июля 1944 г., когда немецкая транспортная авиация высаживала десант боеприпасов и продовольствия для своих войск, в р-не г. Вильнюс находившихся в окружении, тов. Мокрушин сбил еще один транспортный самолет противника "Ю-59". За время боев расчет, в котором работает тов. Мокрушин, сбил 23 вражеских самолета.

При наступательных боях с немецкими захватчиками с 14.09.1944 г. тов. Мокрушин со своим взводом доставлял продукты боепитания на передний край боя и, несмотря на сильный вражеский артиллерийско-минометный огонь, он сумел доставлять продукты боепитания бесперебойно без всякой потери личного состава взвода и лошадей.

При форсировании реки Лиелунс под обстрелом вражеского арт. огня тов. Мокрушин посредством своей решительной и инициативной работы сумел досрочно форсировать реку и доставить продукты питания своевременно переднему краю боя, тем самым способствовал успешному продвижению полка по изгнанию немецких захватчиков".

Биография после войны

Малая родина отца: Алтайский край, Бийский район, село Соколово.
Дед, Мокрушин Григорий Степанович, в период репрессий был раскулачен и сослан с семьей (сплавлялись на баржах по Чулыму) в Томскую область, Тегульдетский район, село Берегаево.

Об этом мой рассказ "БЕРЕГАЕВО"

Берегаево – «Берега его…» — так и слышится мне до сих пор далёкий родимый зов. Зов навсегда ушедшего, беззаботного детства тянется ко мне из маленькой отцовской деревни, затерянной где-то в глухих таёжных глубинах.

Отец мой был родом с Алтая. Предки, по отцовской веточке, были крестьянами, а дед и бабушка – уже из последних. Кроме отца, у них было четыре дочери и старший Алёша. Семья считалась зажиточной, трудолюбивой. Позднее они и подобные им семьи получили другое название..
Зажиточность эта произрастала из отсутствия лени и неистощимой исконной любви к земле, на которой деды мои трудились от зари до заката. Потом всех «зажиточных» стронула с места и погнала в незнакомые дали властная рука «перегибов коллективизации».

Посадили их всех на железные баржи и отправили вниз по течению быстрого Чулыма. Выбрали место. Рубили тайгу. Пахали не тронутую никем землю — вживляли в неё старые обрубленные корни. Дед же не только крестьянствовал, но и плотничал — всё Село своими руками поставил. Радостно мне теперь, что и он — Плотником был.

Умер Алёша. И надежда семьи сошлась на отце, который не даст, может быть, оборваться ниточке крестьянского рода. Но отец вырос, ушёл служить в армию, да так в ней и остался, пройдя Великую Отечественную рядовым танкистом и наводчиком зенитной батареи в дивизии генерала Ротмистрова. Трижды в танке — горел, но не получил ни одного серьезного ранения, чтобы потом, спустя годы — живой и невредимой — могла родиться и я.. в возлюбленной мною Сибири, на Ирии Тишайшем.. то есть — на Иртыше.

Мне было шесть с половиной лет, когда отец повёз нас в свою деревню. Поехали летом, потому что попасть в неё можно было только водным путём по Чулыму. И путь этот привёл нас обратно в Сибирь, но на этот раз — деревенскую.

Бабушку с дедушкой я полюбила всей душой с того самого мгновенья, как они заключили меня в объятья, лишь только ступили мы с парохода на их суровую необетованную землю. Вряд ли сейчас могу дать их точный портрет, а — живут они где-то в укромном уголке моего сердца, и не хочется предавать перу это хрупкое воспоминание. Скажу только, что бабушка была высока и строга, чрезвычайно суха, но болезненной не казалась. Дед был тих и задумчив, и всегда ласков со мною. Порода этих людей многоречием не отличалась, происходили они из настоящих сибирских челдонов..

Значение этого непонятного прозвища, которым под горячую руку матушка награждала моего отца, я выяснила только теперь, с помощью Владимира Даля, а в детстве оно таило в себе какое-то необычайное достоинство, удаль, отвагу и широту души — никогда я не воспринимала его в оскорбительном смысле. Детская интуиция не ошибается — в глубине своей «ЧЕЛДОН» и означает героя, разрывающего цепи рабства.

Дом деревенский ослепил меня солнцем и чистотой! Столы и полы были выскоблены до белизны; диковинная кухонная утварь надраена до невозможного; белоснежные подзоры, занавески и накидушки — все это отражало солнце и не сразу дало себя рассмотреть.

После нашего городского, онемеченного быта жизнь деревенская прильнула к моему сердцу радостной несказанной вестью!

Вот какая картина встаёт предо мною всегда, если я вспоминаю Берегаево: Вечер синий, переходящий вверху в фиолетово-чёрный.. Мы втроём — я, мама и бабушка — пришли на берег реки, потому что с самого утра нет моего отца, уплывшего на противоположный берег за кедровыми шишками для меня.

И вот мы стоим, все трое — мошкара безжалостно терзает незащищённые места, мы шлёпаем себя часто и звонко, а вечер быстро густеет, и мы кричим в тёмный провал реки все одновременно. Я: «па-а-па-а…», «Шу-у-у-ри-и-к…»,- вторит бабушка, и мамин высокий голос вплетается в наш дуэт протяжным, далее всех летящим: «Са-а-ша-а-а…»! И кричим мы так долго, но никто не откликается, и только, расплёскиваясь и ныряя вниз с высокого берега, рвутся к темнеющему лесу три женских тревожных голоса..
Отец, конечно, нашёлся и привёз множество спелых шишек с необычайно сладкими зёрнами. Нам пора было собираться в дорогу.

Провожала почти вся деревня. Так было принято, тем более, что гости бывали здесь редко, потому что мало ещё кто успел покинуть свой край, и гости все были на виду.

Бабушка обнимала нас всех по очереди, прикладывала к щекам кончик всегда белоснежного головного платка, говорила последние торопливые слова, из которых запомнилась просьба «писать почаще», мы их приглашали к себе, они — к себе, мы — обещали и даже «непременно следующим летом», и — так до тех пор, пока не убрали трап.

Пароход отвалил от берега, и быстро-быстро стала расти между нами сверкающая прозрачная гладь.. Дедушка с бабушкой становились всё меньше и меньше, но видно было, что они ещё машут вослед, и мы тоже — махали, пока не исчезла из глаз последняя видимость расставания..

Так и не ездили мы больше в село Берегаево, и никогда уж больше не видала я дедушку с бабушкой.
«Берега его»… «Береги его!»… — словно тянулся за пароходом и через всю мою жизнь их последний родительский взгляд.
Не сберегла! Пути земные развели нас с отцом по розным сторонам жизни, и не виделись мы с ним все его последние годы.
"""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""""

Именно из Берегаево мой отец в 20 лет был призван в армию и сразу же попал на фронт.

После войны он закончил Омское Артиллерийское училище, и до демобилизации в середине 60-х — отец был офицером Советской армии. Сначала служил в Германии, затем в Ульяновске и, наконец, в одной из воинских частей города Сызрани. После демобилизации работал на гражданских предприятиях.

Мама, Молостова Александра Тимофеена (20 февраля 1925) — уроженка
Красноярского края (Краснотуранский район, село Галактионово). Так что все мы — сибирско-алтайские. Мама во время войны трудилась в тылу, является ветераном войны и труда. Сегодня ей исполнилось 90!


Родители познакомились после войны и в октябре 1945 поженились. Расстались они, когда я была еще в отроческом возрасте — потому у меня не было подробных сведений о боях.

Однако благодаря сайту "Подвиг Народа" я узнала о фронтовых дорогах отца столь многое — о чем уже и не надеялась когда-нибудь узнать.. Благодарю сотрудников этого беспрецедентного ресурса, крайне необходимого всем российским людям! А также — спасибо Министерству Обороны, открывшему нам эти бесценные Архивы!

Отец не был жителем столицы, но, возможно, как каждый советский солдат-победитель, прошедший тяжелые дороги войны, которому посчастливилось выжить — мечтал пройти по Красной Площади под победными знаменами.. И 9 мая, в юбилейный год 70-летия Победы в Великой Отечественной войне — мы с сестрой пронесли его портрет, пройдя с Бессмертным Полком по главной Площади Москвы!

Мы прошли с 500-тысячной колонной людей — чтобы почтить память героев, победивших фашизм!

Это стихотворение я написала к 70-летию Победы:

ЗНАМЯ ПОБЕДЫ

Нас всех разбудила война
В три тридцать.. июнь.. сорок первый,
И встала родная страна
На подвиг народный бессмертный..

И грозные дни потекли,
И длились бессонные ночи,
И мы до Берлина дошли —
Хоть, кажется, — не было мочи..

Войны нескончаемый путь
Дымился пожаром и кровью —
Вздыхала Отечества грудь
О павших героях с любовью..

Последний фашистский редут
Захвачен.. Наш флаг — над Рейхстагом!
По Площади Красной идут
Бойцы отчеканенным шагом..

А ныне.. очнулась опять
Преступная свастик ватага..
Но ей никогда не поднять
Над миром победного флага!

Рекомендованные материалы
Крымская операция
22 Января 2016
Крымская операция
8 апреля 1944 года началась Крымская наступательная операция советских войск
Аджимушкайские каменоломни
9 Мая 2016
Аджимушкайские каменоломни
После падения Керчи в середине мая 1942 года часть советских военнослужащих и гражданских лиц скрыли...
И. Д. Черняховский
18 Февраля 2016
И. Д. Черняховский
Иван Данилович Черняховский – один из наиболее талантливых молодых полководцев, выдвинувшихся в ходе...