Горячая линия: 8 (800) 500-46-49

Силаков Иван Степанович

25.07.1918 - 06.09.2012
Меcто рождения:
дер. Акимовка Жиздринского района
Меcто призыва:
Жиздринский РВК, Орловская обл., Жиздринский р-н
Звание, в котором закончил войну:
младший сержант
Дата призыва:
14.07.1941
Воинское формирование, в котором закончил войну:
1941-1943: 38 автополк, 1943-1945: 9 противотанковая бригада

Военная биография

Здесь и далее записано правнучкой со слов ветерана.
Родился и вырос Иван Степанович в крестьянской семье в деревне Акимовка Жиздринского района. В 1938 году призвали деда в армию. Армейскую службу проходил он на Дальнем Востоке в автостроительном батальоне, здесь и получил специальность, которая стала для него и военной, и гражданской.
«Нас, стриженных новобранцев, поезд увозил на Дальний Восток. Девять суток добирались и радовались, что дорога долго не кончалась. Из окна вагона любовались могучими реками, необъятными Сибирскими просторами. Словно из сказки предстало перед ними чудо озеро Байкал. На стенах туннелей, в которые нырял наш поезд, мы читали надписи, сделанные заключенными, прорубавшими дорогу сквозь горы. Видя сменяющиеся картины природы, я восхищался: «Эх, велика ты, Матушка Россия, и нет тебе конца и края!». Прибыли мы в автостроительный батальон, устроили нам помывку в бане, выдали обмундирование, а вскоре мы приняли присягу. Нас стали на работу водить. Утром и вечером военные премудрости постигали, а днем рвы копали. Солдаты, у которых за плечами было по году службы, землю копали и наверх закидывали, а мы, первогодки, ее на тачках отвозили в сторону. Когда зима пришла, стали нас, двести человек, на водителей в автошколе обучать. Так в армии я приобрел профессию, которой оставался верен до ухода на пенсию. После пройденного курса передали нас старшине, а он через неделю выдал на каждого письменное заключение, можно ли этому солдату машину доверить. Машины нам, конечно, доверили, и стали мы из тайги лес на станцию возить. При демобилизации командир предупредил, что по прибытии домой мы должны сдать в военкомат обмундирование: шинель, куртку и ботинки с обмотками, только тогда нас поставят на учет. Вернулся домой с правами водителя, а в колхозе нет ни одной машины. Пришлось некоторое время в Жиздре поработать на лесовозной машине ЗИС».
Мирную, созидательную жизнь перечеркнула война.
Уже на второй день вероломного нападения гитлеровской Германии вновь надел он военную форму, которую не раз опалила война за бесконечные дни и ночи жестоких сражений.
Трудно сосчитать на спидометре боевой машины все огненные вёрсты горечи отступлений, радости побед, которые испытал мой прадед.
«Я в первые же дни явился в военкомат. Нас быстро распределили, кого куда. И уже на следующий день в составе 38 автополка поехали мы в Орел получать машины. Мне достался новенький ЗИС-5, вместимость груза составляла три тонны. В Орле загрузили снаряды, которые передали по назначению в Брянск. Наш автополк доставлял на передовую боеприпасы.
Обстановка на фронте была тяжелая и менялась с каждым днем. Бомбы сыпались на Брянск и другие города, враг рвался к Москве, а наши войска, неся большие потери в ожесточенных боях с фашистами, отступали. Это было самое горькое время.
Мы долго стояли над Вязьмой. Там шли жесткие бои. Я на своей «трехтонке» даже пушки на буксире доставлял. Немцы на танках прут, а мы машины окопаем и палим из пушек по ним. А по ночам умудрялись ток электрический для прожекторов на своих машинах вырабатывать. Осветим этими мощными прожекторами окрестность: видим немецкие скопления машин, и бьем по ним, нанося удар за ударом. Чтобы фашисты нас не засекли, периодически я выключал прожектора. Выключу, и снова наши солдаты немцам жару поддадут. Петляя по проселочным дорогам, меняли дислокацию. Но однажды немцы нас засекли и нанесли ответный удар. У пушки дуло оторвало, погиб весь боевой расчет. В живых остались я да один солдатик. В том бою много наших бойцов полегло. Собрали мы всех убитых и у одной деревни захоронили. Подобрали битую технику, погрузили на «ЗИС-5», пушку на буксире потянули и доехали до Москвы. Пушку сдали на склад, разбитую технику передали на ремонт. После ремонта нам следовало ее назад в полк доставить».
Фашисты забрасывали наших солдат листовками с призывами переходить на их сторону, обещали хорошую жизнь и работу по специальности. И были те, кто с трудом удержался от соблазна. Дедушка вспоминал про одного своего земляка – Бориску. Бориска читал эти фашистские листовки, собирал их и однажды, подойдя к Ивану, предложил уйти к немцам.
- Вот что, Бориска, выброси это все из головы, верь в победу, - сказал ему дед. – Как ты потом посмотришь в глаза своей матери?
И на всякий случай пригрозил:
- Еще раз увижу у тебя эти бумажки, пожалуюсь командиру.
Бориска прошел всю войну, вернулся домой к матери с медалями.

«В сентябре 1943 года провели переформирование, и оказался я в девятой противотанковой бригаде. Мой ЗИС-5 превратился в тягача, таскал за собой противотанковые пушки. В мае 1944 года вновь доставили в Москву разбитую технику. Одну машину сдали в ремонт, на другой с товарищем по Москве ездим: где какой груз в госпиталь доставим, где какие-нибудь ящики со склада на железнодорожный вокзал. Через несколько дней комендант Москвы приказывает нам погрузить машины на платформы и следовать в Польшу. Там мы влились в состав Польского войска. Машины свои оставили в лесу, и полную неделю молоденькая учительница нас обучала польскому языку. В Польше нам пришлось освобождать города Люблин, Краков, Варшаву. Я видел сожженные и разбитые города, вместо красивых зданий – груда камней, улицы изрыты воронками, плачущих женщин и детей. Враг сопротивлялся ожесточенно, но и мы драться научились. Спуску врагу не давали. За участие в тех кровопролитных боях польская армия наградила меня двумя крестами.
Не все поляки к нам относились по-хорошему. Говорили: « Зачем пришли, мы вас не звали». А молодежь к нам тянулась. Многие офицеры поляки бросали оружие и уходили с отступающими немцами. Они считались дезертирами, их следовало задерживать и передавать польскому командованию.
Все лето и осень 1944 года сражались мы в Польше».
Не мог без содрогания вспоминать дедушка и ещё один эпизод, связанный с войной. После освобождения Люблина пришлось побывать ему в Майданеке – фашистском лагере смерти. То, что он там увидел, было пострашнее любого боя. Но и это выдержал старший сержант.
«Не приведи Господь испытать людям то, что я увидел в Майданеке. Лагерь смерти Третьего рейха находился на окраине этого города. 22 барака для военнопленных, 2 административных здания и более двухсот мастерских. Первоначально в них трудились, а с апреля 1942 года там началось уничтожение людей».
Завершающий аккорд фронтовой биографии деда – роспись на Рейхстаге: «Силаков. Жиздра». Хотелось написать что-то важное, торжественное, но вокруг не было свободного места – каждый дошедший до Берлина солдат считал долгом отметиться здесь.
«Путь до Берлина был долгим и трудным. Бои не прекращались ни днем, ни ночью. Немцы впереди, а наши полки от них в 50 километрах. Везем на машинах снаряды. Порой за баранкой находились по двое суток – тут не до отдыха: Красная Армии пошла в наступление на фашистское логово. И вот тут меня застала немецкая пуля. Правая рука была перебита. Укрылся я в каком-то сарае, но под рукой ничего нет, чтобы перевязать рану и остановить кровь. Ею весь рукав пропитался. Тут бегут наши бойцы, хватают меня под руки и уводят из-под обстрела в подвал рядом стоящего дома. Не успели мы в него спуститься, как очередной снаряд угодил в тот сарай, где я был минуту назад, и разнес его на кусочки. Меня в госпиталь повезли, а они все переполнены. Только в третьем мне обработали рану и сделали перевязку. Хирург обрадовал, что кость цела и пуля прошла навылет. Но я и одной левой продолжал водить машину.
Взятием Рейхстага мы поставили войне точку. Гитлеру и всем его генералам пришел капут. На стене Рейхстага я оставил надпись «Силаков. Жиздра».

Награды ветерана

Медаль «За отвагу»

Биография после войны

Здесь и далее записано правнучкой со слов ветерана.
«Вернулся в Акимовку, а жить негде: все дома фашисты спалили. Моя жена перед моим приездом сама из Германской неволи вернулась.
В деревню я прибыл на своем боевом ЗИС-5. За годы войны на этой машине я проехал сотни тысяч километров. Списанную технику Красной Армии передавали в колхозы, где не было вообще никакой технике. Моя «трехтонка» после войны еще долго послужила колхозу. Наверное, только в 60 годы я пересел на новую машину».
После победы Иван Степанович до самой пенсии трудился шофёром в колхозе. Трудился самозабвенно и за тех, кто полёг на фронтах Великой Отечественной войны, и за тех, кто погиб в Майданеке.

Рекомендованные материалы
Салюты Великой Отечественной войны
25 Декабря 2015
Салюты Великой Отечественной войны
Традиция проведения салютов в Советском Союзе начала формироваться в годы Великой Отечественной войн...
Прочти меня, если сможешь
8 Января 2016
Прочти меня, если сможешь
Советские "тьюринги" и криптография времен Великой Отечественной Войны
Маршал Советского Союза Г. К. Жуков
1 Декабря 2015
Маршал Советского Союза Г. К. Жуков
Война, полководческая деятельность – самое трудное, многогранное, кровавое дело из всех отраслей чел...